inryko (inryko) wrote,
inryko
inryko

Categories:

Выбор сильного человека. "Школьный вальс" (1977)

Фильм Школьный вальс - программный для любого кинокритика, и я тоже не могу его упустить (критиком не являясь, еще раз повторить не вредно). Посмею заявить, что он совсем не про любовь, и не про школу, название его никак не отражает содержания. Хотя...

Если авторы хотели сказать «не все вам танцы танцевать» (аналог известного нравоучения о коте и масленице), то тут они угадали. Фильм о выживании, точнее о способности выживать. О взрослости наступающей иногда преждевременно. Об инфантилизме, который никогда не изжить. Каждый забирай свое!





С самого детства «тыжедевочка» живет в мире искусственно культивируемых страхов: нельзя «вступать в...» до свадьбы, утрата девственности — утрата первоначального капитала, беременность — крест на всей жизни. Как матери умудряются одновременно заботится о товарной привлекательностью дочек и убивать зарождающуюся сексуальность — одному богу известно. Главное, что получается! Сейчас, правда, наметились послабления, но, боюсь, что главенствующая линия воспитания — именно такой тянитолкай.

При таком подходе и любовь, и беременность, и ребенок сливаются в одно ужасающее нини, в пугало, проклятье. И невдомек бдительным мамашам, что они совершают невероятное с точки зрения законов физики: меняют местами причину и следствие. Потому что такое отношение к жизни, внушенное с самыми лучшими намерениями, и рождает несчастные судьбы.

Главной героине фильма Школьный вальс, имевшей несчастье отдаться любви с негодным предметом, несказанно повезло во многом. В самом начале 90-х я прочла жуткую историю, которая началась также, как и у Зоси, но закончилась куда как трагичнее (нет, не умер никто, но иногда смерть не обязательный атрибут трагедии). Домашняя девочка Ксения случайно забеременела в результате непродолжительных отношений с одноклассником (а может и изнасилования). Не помню по какой причине не был сделан аборт, но девочку еще до родов выставили из дома собственные родители. Как не оправдавшую доверия. Если не ошибаюсь, она была единственным ребенком.

Это были тяжелые времена для всех, так что Ксения натурально бомжевала по котельным и бытовкам. Ребенок был рожден, как пришлось, и спал в коробке. Добрые люди помогали с едой и тряпками, но приюта никто не дал. Вот про эту девочку кто-то и написал «жалестную» статью. Можно, конечно, винить беспощадные времена или безразличие власти, но меня больше всего поразила безапеляционная жестокость родителей. Вот так некоторые в морозный день чужих котят подбирают, а другие выкидывают собственных щенков. Не понимаю...

Зосе повезло больше. Родители не только не выставили ее «на мороз», но даже и не запилили до смерти. И хотя нам их изображают нарочито беспечными в отношении дочери, я знаю тысячи подростков, которые обзавидовались бы такому невмешательству в личную жизнь. Иногда это важнее всего. Просто оставить в покое!

С отцом у Зоси более близкие отношения — бессловесное понимание друг друга. Отец определенно услышал, что у Зоси в комнате мальчик, но ничем своего «прозрения» не выдал. У родителей такое взаимопонимание тоже сохранилось, но почему-то больше не приносит радости. Например, мама точно знает, что это дочь звонит, каждый раз обрывая звонок, потому что хочет, чтобы ответил отец. И вместо театрального возмущения или недоумения, она передает телефон мужу.

Родители слишком заняты собой, но не друг другом, впрочем. Классическая схема отчуждения когда-то близких людей. Она звонит по телефону любовнику, притворяясь, что это подруга (хотя и муж, и даже дочь давно догадались, в чем дело). Он хранит гробовое молчание, упуская последний шанс спасти отношения. Замечательно интеллигентный развод получился. И винить некого — мы ведь, в сущности не знаем, что послужило причиной разрыва: ее ли ветреность, его ли равнодушие. Разводятся они тоже не по-человечески, не по-советски, без дележа квартиры, огромная «жилплощадь» остается пустой и ненужной никому, хотя позже в нее снова вселяется Зося.

А дочь, как выразились бы «очень ответственные родители», упустили. Единственная ли была та ночь, которую разделили Зося и Гоша, мы не знаем, но «возмездие» настигло скоро. Дурацкие особенности человеческой физиологии (выходящие боком и социологически) заключаются в том, что спят двое, а последствия падают на одного. Вернее на одну. И уже первый разговор Зоси и Гоши об этом позволяет и ей и нам прийти к заключению: это будет только ее проблема. А еще мы понимаем о Зосе, что ей хватит характера прожить жизнь в соответствии с собственным выбором.

Попытка матери отвезти дочь на аборт провалилась. Временный успех ее уговоров тает после нескольких часов, проведенных в больнице. По жестокой привычке советских больниц женщин на сохранении, с выкидышами и абортами селили в одной палате. Кстати, это же отличная идея! Вместо нововведения сегодняшних дней, когда отговаривают от аборта всякими способами (кстати, это все еще практикуют где-то кроме юга России?), включая выкручивание рук, достаточно просто дать «уклонистке» побыть один день в такой палате. Зося сделала свой выбор, странный для ее матери, для девочки с перспективами поступления в хороший ВУЗ, для одноклассников, для Гоши. И еще она уходит из дома, начиная полностью самостоятельную жизнь.

Гоша же струсил. Ничего удивительного в этом нет. Даже и без давления родителей мало кто из молодых людей мечтает оказаться отцом ребенка в 18 лет. Мало того, Зося отпускает его раньше, чем он предаст ее окончательно. Она слишком горда и щепетильна, чтобы отвоевывать любимого человека, даже зная, что ей есть что спасать. Рокировка — смена обремененной, простите, проблемами Зоси на благополучную, пусть и нелюбимую Дину — происходит очень кинематографично, если позволите. После тяжелого разговора молчания Гоша и Зося встречают Дину, которая начинает разговор с Гошей, как будто он здесь один, а Зося еще какое-то время идет сзади, а потом исчезает. А Гоша, оглянувшись несколько раз, уходит с Диной.

В обсуждениях фильма в интернете можно встретить множество неприязненных оценок Дины: она разлучила влюбленных, женила Гошу на себе и т.п. Зося, впрочем, не ведет себя как жертва. Да, ее оставил парень, испугавшись трудностей, но Дина к этому отношения не имеет. Поэтому Зося ничем не выказывает Дине ни ненависти, ни зависти. Нам стоит взять с нее пример, коль скоро мы тоже взрослые люди. Дина выглядит жалкой, навязывая свою любовь тому, что ее ни капли не любит, но она достойна сочувствия. Будь она главной героиней фильма, реплики «сопереживающих» выражали бы поддержку именно ей. Приличная девочка, из хорошей семьи, красивая и скромная. Но самое главное, что она любит и... добивается.

Почему-то умение «добиваться любви» считается положительной характеристикой. Даже если «объект» не стоит доброго слова. Такие одобрительные возгласы можно услышать даже от тех, кто в глубине души понимает: не всякой любви стоит добиваться, некоторым чувствам лучше дать умереть. Дину испугало собственное почти сбывшееся желания — прямо перед церемонией регистрации брака. Но не хватило смелости отказаться от собственной «победы». Результат — постепенное скатывание на дно отчаяния. Бойтесь своих желаний...

Зося же себя не обманывает. Да, она не хотела терять Гошу. Но «люди любят друг друга, а потом перестают». Перед глазами у нее пример родителей. Зося выбирает ребенка, а Гошу придется оставить.

Гоше в этом фильме достались не слишком развернутые реплики. Мы обычно больше рассуждений ожидаем от «негодяя». То ли актер не справился с ролью, то ли отрезали часть диалогов ради «компактности метража». Но и в немногих словах он раскрывается достаточно, чтобы остальное можно было легко додумать. Дине он говорит, что привык быть независимым (поэтому уходит нее). Позвольте спросить: и когда же он выработал в себе привычку к независимости? Когда сбежал от Зоси? И что делала его независимость все то время, пока он с комфортом жил с Диной в квартире, купленной ее родителями? И при этом именно Дина — главное препятствие его свободной воле?

Он, похоже, винит Дину в утрате этой независимости, хотя право выбора было и у него. Люди, подобные Гоше, всегда находят виноватых в своих бедах. Они никогда не готовы к ответственности. А независимость — красивое слово, чтобы от ответственности сбежать. Гоша согласится с комментаторами, что его силком женили на нелюбимой женщине. Это удобный прием, когда один из действующих лиц рассматривается в качестве тряпичной куклы, мнением которой пренебрегли. Но эта кукла очень быстро приобретает твердость, когда козырь безволия не нужен или что-то пошло не по ее сценарию.

Вот и Зосе он, несостоявшийся геолог, живущий на всем готовом, жалуется, что жизнь его не хороша, а Зося, мать-одиночка, напротив, заверяет его, что у нее все в порядке. И на этом, пожалуй, в их отношениях поставлена точка.

На встрече одноклассников Зося смотрит видео, снятое в последний год учебы, и видит себя на множестве кадров (оператор класса явно был к ней неравнодушен) беззаботную, смеющуюся, счастливую. Этой девочки больше нет, но Зосе удалось сохранить то, что важнее всего — саму себя. Ей нечего стыдится прошлого или боятся будущего. Все в ее руках.

И напоследок о воспитательном посыле фильма. Соглашусь с большинством комментаторов (даже с теми, которым посчастливилось не жить в чудную советскую эпоху), что никакой угрозы просмотр фильма невинным девам не несет. Даже завзятые ханжи были бы довольны: девочка плохо себя вела — девочка наказана. Пусть они так и думают. Опасность «залететь» обычно преувеличивают в фильмах для молодежи. Но даже если бы забеременеть было так легко, фильм отлично предупреждает о таком «исходе». Даже нынешнему поколению ханжей история льет бальзам на душу. Антиабортная пропаганда никогда не добивалась таких же успехов, как этот фильм.

Мне больше симпатично другое. Авторам фильма удалось снять печать позора с сексуальной жизни молодежи. Главная героиня совершенно не пристыжена, не уничтожена, не связана по рукам и ногам своим ребенком. Ей щедро отпущено и радости материнства, и гордости расцветающей женственности (в первую очередь благодаря исполнению Елены Цыплаковой — самой красивой актрисы советского молодежного кино). Видя, как сильно эволюционировали брак и деторождения, я готова признать, что в этом есть заслуга и Школьного вальса.
Tags: кино, критика, советский
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments