inryko (inryko) wrote,
inryko
inryko

Categories:

Унесенные ветром. "Солнечный ветер" (1982)

Видимо, правду говорили в сериале Женаты и с детьми. У некоторых индивидуумов количество активных ячеек памяти ограничено. Где-то в хранилище информация складирована, но вспомнить, что она там есть, не представляется возможным.

Сериал Солнечный ветер, снятый с полки долгосрочной памяти, я смотрела как старого знакомого. Даже некоторые фразы восстановились дословно! Не могу сказать, что он мне однозначно понравился, скорее произвел впечатление.

Правда впечатление пришлось делить с родителями, и их критическое хмыкание и оханье здорово попортило удовольствие от просмотра. Так что требовалось освежить сериал в памяти беспристрастно и самостоятельно. Что я и сделала!






Вышел Солнечный ветер на ТВ в 1982, тогда мы такое сериалами не называли. Многосерийный художественный фильм, вот так полагалось к нему обращаться. Зато «сериал» короче выходит. В тот год мне было недостаточно лет, как меня уверяли, чтобы понять, что там происходит. Почему взрослые так полагаются на монополию знания о том, о чем нельзя говорить с детьми? Зато между собой они это почти открыто обсуждают. Опять же из соображения, что дети не поймут? Повторное знакомство с историей показало, что я и в первый раз мало что упустила.

Но что-то я восприняла совершенно на новый лад. Для этого мне надо было закончить ВУЗ, который представлял собой малый и большой интернационал. Малым я, конечно, зову СССР. До тех пор с россиянами я сталкивалась нечасто. Скорее это были «узбеки», у которых оказались родственники в РФ, и которые, поэтому, выезжали на лето в дико экзотические земли, где снег был каждую зиму, реки покрывались льдом, местность была плоской, как блин, мороженое называлось «Лакомка», а яблоки и вишня плодоносили очень неуверенно.

А в институте мы продвинулись настолько, что стали различать россиян по регионам их происхождения, не мешая в кучу тех, кто был разбросан по огромной территории. Нам, носителям более или менее сохранившегося литературного русского языка, практически без диалектов (добавление узбекских слов никак на чистоту русского языка не влияло), было забавно узнать, что у многих вполне бытовых понятий и предметов существовали разные названия в средней полосе, Сибири и Дальнем Востоке. Причем, смешно было видеть, как люди на полном серьезе спорят, какое слово правильное. Приходилось мирить, успокаивать: оба-три неправы. Слова ваши — всего лишь диалектные единицы, а литературный вариант - вот он! Главное потом — быстро увернуться от летящей швабры!

И ведь люди разные живут в России. Не так уж много у нас было со средней полосы или европейской части (так уж устроены были приемные комиссии), но зато полно сибиряков и дальневосточников, включая людей аж с Чукотки. Не буду разжигать, просто скажу, что жители Сибири совершенно особенные, особеннее их только те, что с Дальнего Востока. Что-то в них было сильное, здоровое, независимое. Салат из папоротника, пироги с черемухой, Столбы, Енисей, тайга, лыжи и «погрибы», морозы и снега, клещи и мошкА — перечень интересностей был нескончаемым.

Но самое главное, отчего брали «завидки» - это необычное нашему задавленному «байством» сознанию, ощущение свободы. Тогда даже шепотом не говорили о сепаратизме (сегодня опять нельзя), но думаю, что отделись они тогда, хотя бы назло Москве выжили бы.

А еще в Сибири кипела культурная и академическая жизнь. Нет, прошедшее время — неверное. А это еще один мир, вселенная во вселенной. Ученые — такие странные люди (и в хорошем смысле тоже). Я извиняюсь за такое длинное вступление, я грешу такими вот выходами из-за печки.

Солнечный ветер описывает страну ученых на планете, называемой Сибирь. В течение шести «эпизодов» мы следим за судьбой (и не только научной) молодой женщины Нади Петровской. Со студенческой скамьи она начала строить свою судьбу исследователя. Не в пример большинствe студентов, к которым, увы!, относилась и я, Надя полна идей и теорий. Она странная, но почему-то нас не раздражает ни быстрая смена ее настроений, ни почти истерический временами смех, ни вера в сверхъестественное: она утверждает, что может почувствовать, что происходит с близким ей человеком сквозь расстояние, что может влиять на неодушевленные предметы силой мысли и прочее, что в устах любого обывателя звучало бы как чистое суеверие. Что же нам мешает назвать это суеверием? То, что Надя, ученый от макушки до пят, не погнушается провести ряд экспериментов, чтобы доказать или опровергнуть свое же утверждение.

Удивительно, как отличается жизнь исследователя от жизни других людей, особенно, когда эти ученые объединяются в семейные ячейки. И я не только Надю и ее мужа Митю имею в виду, но и всю семью Нади, у которой в каждом городе по тетке. И тетки эти, не являясь сами представителями академической вселенной, тем не менее имеют к ней отношение, через своих талантливых мужей. Между ними своего рода соревнование за то, сколько талантов им удалось взрастить в своих семьях. Вот почему одна из теток негодует, когда ее дочь внезапно выходит замуж за известного хирурга много старше ее. Брак неожиданно оказывается удачным, ведь дочь не гоняется за собственной значимостью, но служит поддержкой, оправой для брильянта мужнего таланта. Это тоже достойная роль, как бы мама ни негодовала.

Надя фактически выскакивает замуж еще в институте, вызывая недовольство собственной матери. Смотри выше: в семье конкуренция. Так что образ и роль Татьяны Васильевны нельзя трактовать с точки зрения обычной мамы взрослой дочери. Несмотря на советы остепениться и завести ребенка, мать Нади постоянно натягивает струну дисциплины и верности своему делу. Она даже забирает ребенка у родителей, чтобы их ничто не отвлекало от работы. Ах, ужас, ужас, скажете вы. И будете правы... согласно законам своей вселенной.

В Надином браке все сложно и одновременно просто. В наше время такие отношения запросто назвали бы открытыми. Но Надя не спешит изменять мужу. Ее восхищение другими мужчинами — Пономаревым, Чебышевым — базируется на уважении их познаний и опыта и, если она и поддается их чарам, то это, скорее отражение ее собственного отношения, тяги к науке, нежели результат каких-то усилий маститых ученых. Это ужасно далеко от поведения шлюхи, если вам придет в голову это определение. Надя в своем роде не менее преданный человек, чем Митя.

Митя же верен в привычном смысле слова. Даже более того. В его любви к Наде нет ни капли эгоизма. Он разделят ее восторг к новым перспективам, связанным с упомянутыми выше мужчинами. Ни разу не пробегает между ними зверя с зелеными глазами. Вы скажете, это потому, что брак их — скорее партнерство, брак по удобству, особой любви они друг у другу не испытывают. Да, той любви, которая именуется страстью, со взаимными претензиями, требованиями, метаниями, сомнениями и ревностью, у них нет и в помине. В привычном нам мире Митя бы прослыл тряпкой, которая позволяет вытирать об себя ноги. В их мире определения «обычных» людей не имеют значения.

В служении Нади науке, а заодно и сильным мира ее, нет унижения или зависимости, как бы она это не подчеркивала. У нее есть цель, и если она видит, что Пономарев владеет «методом», которого у нее нет, она приникает к нему, как соратник, как ассистент, и учится, впитывает. Надя рабыня не «Пономарю», а НАУКЕ. То, как к ней относится Пономарев не бросает на Петровскую тени одержимости плотскими страстями.

Вообще, Пономарев относится так к любой женщине рядом с собой. Да и к мужчине. Впрочем, небрежение к людям — не самый большой его грех. Надя смогла простить его за то, что он бросил их совместные исследования, потому что она не ответила на его «порыв». Но вот предательства и подлости по отношению к Чебышеву, которого Пономарев задумал «сбросить с трона», Надя спустить ему не может. Да, у этих ученых кипят страсти самых разных масштабов и напряженности /поля/.

Чебышев — тот еще тип! Женщин он ценит не больше Пономарева. Его бессменный ассистент (так я поняла ее назначение) Ада Трегубович почти не замечает его «посылов», она тоже служит науке. Грубость Чебышева просто обтекает ее как нечто неважное, нисколько не ранящее. Она просто делает свою работу так хорошо, как это вообще возможно. Времени для обид и уязвленного самолюбия у нее нет.

Вообще, они все немного «стукнутые». Они там, конечно, и песни поют, и танцы танцуют, и любовь любят, но романтика для них заключается только в поиске истины. Как глаза горят, как голос срывается на крик, все навзрыд, внадрыв. Это даже кажется немного ненормальным — так же неловко наблюдать любовь, выражающуюся чересчур эмоциональным образом.

Надежда Петровская пытается пробить стену непонимания, недоверия, равнодушия. Отстаивая свою «тему» она идет на компромиссы, лишь бы не останавливаться, не прекращать дела. По совету руководителя отдела она «делится» авторством своего исследования (трехстраничная статья результат нескольких лет напряженного труда). Замечательное лицемерие Кольцевой (так зовут директора института) позволяет ей принять «дар», хотя она отрицает саму возможность Надиной теории.

И вот, наконец, пришло долгожданное признание. Время подсчитать потери. Итак...

Развод: один. Муж Митя уже и простил и пустил назад, но Надя не может врать самой себе, делать вид, что ничего не было. Два неплохих человека теперь живут порознь, но их внимание к работе друг друга никогда не ослабнет.

Расставание с любовью: одно. Чебышев оказался трусом в качестве любовника, хотя источал уверенность как ученый. Впрочем, и в качестве ученого он сдал позиции. Насколько важно для Нади было отдать ему себя в трудную для Чебышева минуту, настолько же легко оказалось отвернуться от него, когда он проявил непростительную слабость. Она, женщина, ведь не побоялась все потерять.

Расставание с другом: одно. Пономарев, шагающий через людей, использующий всех и всякого, решающий все проблемы с помощью грубой силы, поразительно легко уходил от обязательств перед коллегами. Надю с ним многое связывает, но она теперь и сама известный ученый, и, научившись многому от своих учителей, она нашла свой «метод». Вообще, это очень показательный эпизод, когда Пономарев пытается «присоединиться» к теме, которая вызывала у него столько критики. Сейчас Петровскую «одобрили» светила науки, не чета карьеристу Пономареву, поэтому она стала нужна. Впрочем, он предлагает себя не в помощники ей, а снова в лидеры. Удивительно самоуверенная личность.

Предательств — не счесть! Все это уже позади. Те, кто противостоял Надежде, теперь кусают локти из-за своей «недальновидности». А хорошие люди поддерживают, ее как и раньше. Пример — Эсхат — молодой ученый из команды Чебышева. Что-то мертвящее было в атмосфере института Солнца, которым Чебышев руководил, что убивало желание работать. А вот с Надеждой он готов идти до конца. Если за этим слышится признание в любви, то оно сродни тому, что испытывала она сама к Пономареву. Так вот бросают себя эти люди в пламя служения науке, чтобы оно никогда не угасло.

Я смотрела на этих людей и понимала: они не будут ничего выгадывать и устраиваться в жизни. Им не нужен столичный шик и «возможности». Они пренебрегут любыми связями, кроме отношений с по-настоящему близкими людьми и единомышленниками. Надя вернулась в Ленинград, откуда она и начинала, но, если честно, я не думаю, что она чувствовала бы себя несчастной, работая в Иркутске, Новосибирске, Чите, да где угодно. Она могла бы начать все сначала, с нуля, и двигаться к своей цели.

Самодостаточность, целеустремленность, независимость — великие дары богов. Герои фильма, даже не вполне симпатичные, этими талантами обладают. Они носимы солнечным ветром. Хочется верить, что такие люди есть. Даже если они перевелись в Москве, мы всегда можем обратить взоры на восток и найти их в Сибири.
Tags: кино, критика, наука, советский
Subscribe

  • Правдивая ложь. "The Trap" (1966)

    Любите ли вы фантастику, как люблю ее я? Фантастические книги или фильмы обычно воспринимаются нами с известной степенью допущения. Хотя есть и…

  • Чтобы детство не кончалось. "Тореадоры из Васюковки"

    Не получается у меня писать сочинения на некоторые темы. Дело в названии. Если «Как ты провел лето» — еще не такое уж плохое название, то все, что…

  • Типы машин времени

    Задумала я как-то написать «книжный» пост про Чарлза-нашего-Диккенса, а именно, про Рождественскую песнь (так ее на русский перевели, пафосно). Но…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments