inryko (inryko) wrote,
inryko
inryko

Category:

Урок литературы (1968)

Иногда без всякой цели я включаю youtube и позволяю ему выбрать любой фильм советского времени. Сначала он, конечно, подсовывает мне что-нибудь от Гайдая, Рязанова или Меньшова. А то и обычный набор «мы все это смотрим»: Девчата, Доживем до понедельника, Весна на Заречной улице, По семейным обстоятельствам и т.д. Потому что это выбор многих. Если я отвергаю заезженное до полусмерти (о качестве фильма это ничего не говорит), то youtube пытается удивить меня чем-то не столь очевидным. Детективные фильмы и сериалы, например. Или всяческие фильмы про «отношения». Но чаще всего в этом выборе фильмы про школу и подростков. Видимо, он запомнил, как я однажды искала Чужие письма или что-то вроде того, и решил, что мне это интересно. А собственно, почему бы и нет?









Посмотрев в режиме нон-стоп несколько картин, о существовании некоторых их них я и не подозревала, я заметила, что многие ничем не заканчиваются. Открытый финал. Чаще всего это ничем и не обосновано. Как если бы режиссера спросили: «ну вы там как? Закончили уже? Денег больше нет!» И режиссер, махнув рукой, говорит: «ну раз нет, тогда заканчиваем вот прямо сейчас, гори оно огнем!».

И хотя я знаю, что «так тоже можно», но все же считаю, что историями без конца советский кинематограф несколько злоупотреблял. Об этом я, возможно, когда-нибудь напишу подробнее. А сейчас вернусь к «школьным» фильмам, которые почти всегда «без конца».

Школу далеко не все школьники советского времени вспоминают как счастливое место и время. Многие были несправедливо обижены учителями, обиженными жизнью. Общим правилом было преобладание в школе женщин, причем часто разведенных и одиноких, чуть реже еще и бездетных. Не уверена, что школьники полностью заменяли им собственных детей. Все же это не одно и тоже.

Разумеется, человек, не обретший полного счастья в личной жизни, не мог полностью реализовать себя и в работе. Сублимация — вещь опасная. Где-нибудь неудовлетворенность покажет свои безобразные уши. Мы, безжалостные школьники, всегда это замечали и жизнь учителю, выливавшему на нас свои обиды, отнюдь облегчить не старались.

В фильмах, несмотря на все старания отдела пропаганды, реальность неумолимо просачивалась сквозь швы «правильного» сюжета. Вспомните только Танечку из Вам и не снилось. Вот ярчайший образец среднестатистической советской учительницы. И это я не в осуждение ей говорю. Впрочем, я про этот фильм уже писала.

Общей чертой всех советских фильмов про школу является авторитарное (в различной степени) поведение учителя и почти тираническое директора/завуча. Бывает еще противостояние «хорошего» учителя и «плохого» директора. Есть и исключения, конечно, как фильм с Олегом Борисовым в роли директора школы (Дневник директора школы), который я собираюсь пересмотреть, но помню очень хорошо и сейчас.

Итак учитель ежедневно что-то там сеет, потом жнет, а также воспитывает, чаще словами, реже личным примером. А директор руководит процессом, вмешивается, выдает приказы и выносит приговоры.

Про директора-исключение я сказала, но вот учитель, ускользающий из рамок, мне не встречался, пока я не посмотрела фильм Урок Литературы, 1968.

Почему этот чудесный фильм никогда не попадался мне раньше, я понятия не имею, но его непременно стоит смотреть. Учителя Костю играет Евгений Стеблов, который мне очень нравится во всех своих фильмах нежностью и деликатностью своих образов. Не просто «интеллигентик», но человек мягкой и чувствительной души — обычный образ Стеблова. При этом он еще и прехорошенький. Особенно в молодости.

В Уроке литературы образ «солидного пожилого» учителя "испарился" и вместо него возник «симпатичный молодой человек,..., нечестолюбивый, рассеянный» и к тому же еще «без царя в голове». На уроки Костя регулярно опаздывает вместе с нерадивым учеником Собакиным и с ним же прячется за колонной от завуча (Инна Макарова). «Если я сейчас босой, в одних трусах побегу в школу, то опоздаю только на 4 минуты. Если я буду чистить зубы и завтракать, то можно уже будет никуда не торопиться».

Завуч-то все равно его подкарауливает, и в ход идут только что придуманные истории о трамвае, столкнувшимся с автобусом. Завуч сочувственно кивает головой, но не верит.

«Учебный год начался три недели назад. Господи, скорее бы каникулы!». А мы-то думали, что только школьники об этом мечтают!

Преподает Костя охотно, но убедительности в качестве воспитателя ему решительно не хватает. Ученики обычно не просто не уважают таких учителей, но и «доводят» их всеми средствами хулиганского репертуара. Это и неизменная кнопка на стуле, и «кривые отмазки» от невыученных уроков, и демонстративное сидение на шкафу. С присущей ему мягкостью этот мальчишка-учитель сдает позиции в противостоянии с нахалами. Но даже в его уступках незлобивость его характера скорее подкупает, чем вызывает презрение.

Есть у Кости и «личная жизнь». Как в строгий 19 век, он встречается со своей девушкой (невестой!) под строгим надзором ее родителей. Мама невесты «хотела бы, чтобы счастье ее дочери выглядело по-другому. Она презирает меня за то, что я не живу в отдельной квартире, что я не из профессорской семьи и у меня нет зимнего пальто». Да и невеста не слишком уверена в его способности возглавить их семью. Нет в нем твердости, он даже отказывается купить квартиру в ипотеку вступить в кооператив. Да и денег у него нет, а зарабатывать больше в школе или вне ее ему не светит.

Друзья помыкают им бессовестно. Он пишет обзорные статьи для журнала для бывшей сокурсницы, которая не только не брезгует использовать его как литературного негра, но невысоко ставит его мнение и требует использовать «авторитетные источники», а еще понукает его и устанавливает дедлайны.

И вот герой, устав от рутины, решает провести день, ни разу не солгав: не изворачиваться, не оправдываться и называть все вещи своими именами. Несмотря на свою бесхребетность, это решение он проводит в жизнь с точностью до буквы.

Он все же идет к известной писательнице (журналистке?) за интервью для чужой статьи и режет правду-матку о своей несостоятельности как учителя и о неприглядной цели своего посещения.

Показательный урок с комиссией из райОНО он проводит совершенно «как обычно»: требует подложить кнопку на свой стул, раскидать мусор в углу класса и отправляет одного ученика на шкаф, потому что «ему оттуда лучше видно», а другого домой за якобы вечно забываемой тетрадью с сочинением. После неудачного опроса учеников (по стихотворению «Узник» А.С. Пушкина) учитель вдруг начинает флеш-моб по чтению стихов про любовь и произносит стихотворение сам. Звонок, занавес! Надеюсь, комиссия была в шоке. Ничего, им полезно!

Потом ему подворачивается полуфантастический знакомый Савелий, которому до всего есть дело. Савелий встревает в дела героя с назойливым энтузиазмом и подначивает его довести эксперимент по правдорубству до победного конца. Наш герой выкладывает Савелию все и о себе, о школе и о девушке, и Савелий (Леонид Куравлев, тоже молодой и симпатичный) рассказывает это направо и налево его знакомым. Как некий голос совести, который нельзя заставить молчать.

Савелий приглашает сам себя в гости к родителям невесты и садится ужинать. Там он объясняет, почему Костя не может жениться: «он побаивается, что она (невеста) превратится в Вас (маму) и из него сделает вашего папу!». Родители в ярости, невеста в отчаянии, Савелий и Костя гордо покидают квартиру.

Кстати, папу невесты играет Евгений Леонов, и вообще в фильме много замечательных актеров. Миронов, вон, мелькнул в эпизодической роли.

«Совесть» начинает надоедать, но Савелий прилип как банный лист! Он идет с Костей на родительское собрание и доводит ситуацию до кризиса. На обвинения родителями Кости в плохой успеваемости учеников, он говорит, что они не виноваты, что им «не повезло с учителем», что «он сам отбил у них интерес», что ему «самому тошно идти на урок», что он точно знает, что «ничему научить их не может», что он «плохой учитель». Наш герой решает уйти из школы сам. А Савелий, наконец, «удаляется». Больше он не нужен.

На собрании, кстати, выясняется, что ученики зла на учителя не держат и при всех родителях, завуче и учителях признаются, что шкодили сами. А потом еще и уговаривают Константина Михайловича не уходить из школы. А они уж будут стараться. В ход идут обещания «вынести шкаф из класса», «сдаться» завучу, сесть на кнопку, наконец! «Ты что? Зачем? Встань! Встань сейчас же! Это же больно! Я знаю...»

И мы все присоединяемся, пожалуйста, Константин Михайлович, оставайтесь. Вы хороший учитель. Ваши слабости — это ваша сила! Как же нам не хватало таких учителей!

День правды заканчивается. И герой понимает, что завтра, если он захочет вернуться к обычному образу жизни, то уже не сможет. «Что я потерял? Все! А что я приобрел? Все».

Следующий день начинается, как всегда. Школьный дворник поливает двор из шланга и посматривает на улицу, но Кости не видно. Опоздает он сегодня или вообще не придет?

Мы так и не узнаем, Фильм на этом заканчивается прекращается. Но я так очарована необычным образом учителя, что желаю, чтобы у этого молодого человека все в его киножизни получилось!

Tags: кино, критика, советский
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments